Сделаю-ка я (простым копированием) репост записи В.М. Мучника
«О духе законов
Тут вот в ленте новостей в день Конституции российской три события счастливо сошлись. Первое – законопроект о неуважении к государственным органам (читай – персонам, которые в этих самых органах на наше благо трудятся), предложенный швейцарским дачевладельцем господином Клишасом ( люди сведущие пишут, что всё вносимое этим сенатором как законопроект имеет большие шансы на то, чтобы стать законом). Второе – суждение премьера нашего о своеобразии российского подхода к Конституции и правам человека. Третье… Ну, про него позже.
Люди новым законопроектом возмущаются. Мол, новый виток цензуры, словечка теперь лишнего вообще не скажи. Спрашивают также, а с чего, собственно, неуважение к чиновнику должно оцениваться как-то иначе, чем неуважение к врачу, или учителю, или там комбайнёру... «Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами...» – это вот всё. Джефферсон, эгалитэ, либертэ и прочие масонские несообразности. Между тем, тонкий знаток юридических начал наших, г-н Медведев, нам в этот же исторический день удачно пояснил, что российское представление о правах имеет некоторую историческую специфику, оригинальность.
"Признавая и защищая права человека, российская Конституция устанавливает пределы притязаний на защиту таких прав, не признавая правами те, которые явно входят в конфликт с ценностями, традиционными для российского общества. Тем самым сама идея прав человека получает новое прочтение по отношению к другим конституциям и обозначает особый, оригинальный и нестандартный подход к восприятию прав человека". Оригинальный и нестандартный, стало быть… Традиционные ценности. Исторически сложившиеся.
Прямо Савиньи, Фридрих Карл. «О призвании нашего времени к законодательству и правоведению». Немецкая историческая школа права, которой Савиньи принадлежал, так рассуждала, что законы – они вообще произрастают органически, из духа народного, из его истории. Подобно тому, как ручеек течет, или трава растет. Естественно–историческим порядком, так сказать. Опять же повиновение начальству, у которого в руках власть, есть священный долг совести – именно так почти два века назад резюмировал суть этой правовой школы, ссылаясь на её основоположников, Карл Маркс. Неплохо, надо сказать, резюмировал.
И Клишас, с его законопроектами, и премьер наш – они, понятно, про это самое, про «священный долг совести». Сенатор, он ведь что пытается свершить? Он хочет законы наши привести в соответствие с реальным положением дел в богоспасаемом отечестве. Ведь не думаем же мы, что он, сенатор, натурально, обладает теми же самыми правами, что и пресловутый комбайнёр. Вот и надобно, чтобы законодательная база российская приводились постепенно в соответствие с сословной сутью отечества нашего, с «ценностями, традиционными для российского общества». Несколько лет назад доводилось мне шутя (ссылка в первом комменте) высказать это пожелание к законодателям думским. Но реальность российскую не перешутишь. Давно замечено.
Да, и про третье событие. Как обещал. Это, конечно же, инновационный робот, показанный телеканалом Россия. Что при ближайшем рассмотрении оказался несколькими кусками пластмассы, в которых прятался аниматор-затейник. Так вот и Конституция наша. Современность её, все эти либертэ-эгалите...– это несколько кусков пластмассы. Импортной, понятно. Карго-культ и всё такое. Внутри же – то, что положено. «Священный долг совести».»